Как это было: в Антарктиду – на паруснике «Елизавета»




Руководитель парусного похода на Южный полюс А.Л.Логинов – кумир студентов воронежского филиала Госуниверситета имени адмирала С.О.Макарова, над которым шефствует СДКВ.


– Первый вопрос, который воронежские студенты питерского «мореходного» вуза чаще всего адресуют командору Логинову, такой: «Откуда взялся парусник «Елизавета»? Что он представляет собой?» Что Вы скажете, Алексей Львович? Но прежде всего — поведайте коротко о себе.


– Вся моя жизнь связана, по сути, с морем, флотом. После окончания в 1984 году Ленинградского высшего инженерно-морского училища (ныне Государственный университет морского и речного флота имени адмирала С.О.Макарова, в обиходе – «макаровка») я 10 лет работал в Институте Арктики и Антарктики, дрейфовал на комсомольско-молодёжной станции «Северный полюс–8» в 1985–86 годах, работал в Антарктиде в составе 35-й советской экспедиции…

Сейчас я – вице-президент общественной организации «Ассоциация полярников», член Русского географического общества, член попечительского совета «макаровки».

Теперь – о паруснике.

В советское время один питерский НИИ спроектировал узкий стальной крейсер, шестидесятифутовый. Его потом изготовили на Красноярском комбайновом заводе в экспериментальном цехе. Каким-то образом он оказался у ребят-энтузиастов из Красноярской парусной федерации. Они его переделали-переварили и спустили на воду. Назвали в честь маленькой дочери первого капитана и владельца лодки – «Елизаветой».





Сам крейсер – узкий, длиной около 20 метров, шириной три с половиной метра и с посадкой в два с половиной. Плюс 20-метровая мачта. Странный, если учесть, что маломерное судостроение идёт в сторону плоских широких корпусов: меньшие крена, выше скорость. Но наше судно из очень хорошей стали, это парусная лодка ледового класса.

Выкупили «Елизавету» за небольшие деньги, ещё вложились – поставили навигационное оборудование, такелаж, парусное оснащение. Готово!

В итоге судно зарегистрировали в морском порту Санкт-Петербурга, получили разрешение на неограниченную территорию плавания, ограничения по ветру и волне для выхода из портов. Управлять лодкой можно вдвоём, экипаж для хода – шестеро: три вахты по двое.

Я давно задумал не просто провести кругосветку, а посвятить её 200-летию открытия Антарктиды русскими мореплавателями (первая антарктическая экспедиция под руководством Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева на шлюпах «Восток» и «Мирный» началась в 1819 и завершилась в 1821 году).


– Ну и какой же был первый этап в вашей кругосветке?

– Прошли 3160 морских миль, или 5800 км, от Дудинки до Питера. А до этого – более 1000 миль, от Красноярска до Дудинки – 2 недели плавания.


– А как всё складывалось после Питера?

– Когда в августе 2019-го дооборудовали лодку, в ГУ МРФ состоялась пресс-конференция, нашему   экипажу передали подарки для российских антарктических станций. В Морском Никольском соборе Кронштадта был отслужен «молебен о путешествующих» (помимо меня, это были мои хорошие знакомые – «морские волки», а также троица вузовских «мореходов»).





По благословлению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Варсонофия для доставки на антарктическую станцию «Беллинсгаузен» была передана икона святого праведного Иоанна Кронштадтского.

После этогодвинулись вдоль Европы через Балтику. Вышли в Атлантику через Кильский канал и Па-де-Кале. В Бискайском заливе попали в сильнейший шторм – нас забило внутрь Биская километров на двести. Застряли на неделю.

Потом дошли до Лиссабона, оттуда – на Мадейру и Тенерифе. Там за месяц установили солнечные батареи (поставили панели на корму), движок поменяли и ещё кое-что. В ноябре по Атлантике дошли до островов Зелёного мыса (Кабо Верде) и оттуда – на Фернандо де Нароньио в Бразилии. Это экваториальная зона, плавание шло гладко, ветра были не сильные. При хорошем ветре лодка даёт до 13 узлов, а так обычно 5–6 (1 морской узел – 1,852 км/ч). То есть, когда идёшь 7–8, – это хорошо.


– Парусник – вообще штука интересная…

– А то нет! Всякое путешествие на нём – с медитативным ощущением: ползёшь медленно, глобус под тобой проворачивается, ты постепенно во всё это погружаешься, начинаешь понимать: Земля – планета океанов. Лишь вкраплены кусочки материков. Первый месяц все дёргаются – к телефонам, другим гаджетам, потом успокаиваются. Входишь в гармонию с окружающим миром.

В таком состоянии дошли до Рио-де-Жанейро…



Наконец прибыли в Ушуайю, знаковое место в Аргентине, самый южный город Земли. Особо осматриваться было некогда: занимались накопившимися проблемами, чинили паруса, которые сильно порвало в проливе Бигля – были страшные встречные ветра узлов по сорок.

Как бы там ни было, ремонт завершили и отправились из Ушуайи до станции Беллинсгаузен на Антарктиде, понимая, что надо ещё и обратно вернуться.


– Звучит тревожно…

– Ну, сама станция расположена на острове Кингджордж, это зона «антарктических субтропиков» – зона тяжёлых льдов южнее. На Беллинсгаузен летом заходят суда даже не ледокольного класса. Всё чаще привозят туристов на чилийских и аргентинских лайнерах. Но надо беречься от айсбергов, они никуда не делись. И туманы сильные, идти сложно.

Главное испытание – пролив Дрейка. Его не зря называют кладбищем кораблей. Там свистит всё время. 40 узлов – обычное дело. Раньше-то и при 30 узлах старались не выходить в море. А тут 40! Но местные мореходы работают.





Пролив – это полторы тысячи миль (почти три тысячи км) штормового моря. Иногда скорость, когда шли против ветра, была меньше узла с полностью работающим движком. Возникала мысль: «Ну куда и сам залез, и молодых мальчишек-курсантов затащил?! У них ведь отцы-матери!..»

Надо сказать, кто-то из ребят оказался очень устойчив, но кто-то сильно страдал от морской болезни. Обклеенные пластырями, накачанные таблетками, курсанты, проявляя силу духа, всё равно стояли вахты. Не скажу, что я себя чувствовал на все сто, но мне надо было сохранять спокойствие, хорошее настроение, улыбаться людям. Всё же они смотрят на меня, нельзя подвести…


– И вот станция Беллинсгаузен, на которой имеется знак с указателями в сторону самых разных российских городов, а до центральной точки Южного полюса – «рукой подать»…

– Да. На календаре было начало февраля… Встретили нас гостеприимно. Вообще русские там не одни, вблизи нашей ещё десятка полтора других станций.

Наши возвели удивительную часовню из сибирского кедра. Выглядит необыкновенно. Сруб заякорили, пробурив скалу, на четырёх якорях-цепях, которые тянутся к макушке. А вокруг деревянные стены. Нигде не видел таких! Батюшка службы служит и работает сменным механиком на станции.


– Но хочу вернуть вас от этого благолепия в шторм… Что помогает держаться?

– Иногда выберешься проверить вахту и видишь, что пацанам страшно. Волны не стихают, вода ледяная. Все в непромокаемой одежде, но она отсыревает, холод постепенно пронизывает тебя. Реально страшно. Океан и ты, такой маленький. Непонятно, где кончается вода и начинается небо. Невольно вспоминаешь о Боге.

Я брал с собой старую британскую лоцию – «Мировые парусные маршруты». Там написано, без всякой иронии, что в условиях сильного шторма на малом парусном судне лучший способ спасения – совместная молитва экипажа. Но понятно, что слабаку никакая молитва не поможет.


– Как я понял, «Елизавета» не скоро вернулась в Россию, верно?

– Да. Во второй половине февраля мы пришли в Ушуайю. Кстати, по пути сила ветра доходила порывами до 60 узлов. Ощущение: по судну лупят кувалдой. Из Ушуайи направились к Чили, в Тихий океан.

Двигались вдоль уникальных мест чилийской Патагонии – тысячи островов, изрезанных фиордами. Много китов, пингвинов, тюленей, самых разных птиц. Особо впечатляли огромные ярко-синие глетчеры (ледники) на белых заснеженных скалах – будто оставшиеся куски земли с начала творения. Красивейшие водопады с подтаивающих глетчеров. Сотни водопадов! Я бы очень хотел ещё раз пройти именно те места. Даже не думал, что такие есть на планете.

В марте дошли до Пуэрто Монт, где нас накрыл карантин. Дальше нельзя. «Елизавету» вытащили на берег. В начале апреля 2020-го переправились домой. Думал, ненадолго, на полгода. Получилось больше.

… Лишь в июле 2021 года парусник «Елизавета» вернулся из кругосветки в российские воды.


Владимир СУХОМЛИНОВ.



Фото, полезные ссылки: https://lgz.ru, www.rgo.ru.